18+

Королевство Белой горы

Людмила Столбова

04.06.2012

Ete62

Зачем люди приезжают в Шамони? Абсолютное большинство делают это для того, чтобы покататься на лыжах, походить по горам и, возможно, взойти на Монблан, легендарную Белую гору, самую высокую вершину Западной Европы. И лишь немногие отправляются в те края, чтобы перечитать английских романтиков, полюбоваться на ар-нуво и поужинать в ресторане у шведского шеф-повара. Но именно этим мы и решили там заняться.

Возлегая у самого подножия Монблана, долина Шамони тянется на 16 км от деревушки Лез-Уш до городка Валлорсин. Каждый из расположенных в ней населенных пунктов по-своему любопытен и сыграл особую роль в истории альпинизма. Мы решили посетить два из них: Ле-Тур и Аржантьер, подняться на Монтенвер и погулять по Шамони.

Ле-Тур: в гостях у Мишеля Кроза

Малюсенькая деревушка Ле-Тур – настоящая окраина Шамони, лежащая у самой границы со Швейцарией. Правда, в структуре долины она занимает свое почетное место и вместе с соседним Валлорсином образует самостоятельную зону катания Domaine de Balme. Но мы достигли дальних пределов Шамони совсем не для прогулок по горам, а чтобы почувствовать атмосферу этих мест задолго до начала эпохи массового туризма.

Почти не изменившаяся за последние столетия, Ле-Тур являет собой прекрасный образец исконной альпийской деревни, затерянной где-то между небом и землей. Деревянные домики, словно прижимающиеся друг к другу, чтобы согреться, узкие улочки, утопающие то в зелени, то в снегу, старая церковь как единственное напоминание о где-то бурлящей цивилизации. Когда-то крестьяне сами крестили в ней своих детей – священники отказывались приезжать в такую глушь. Судя по всему, именно здесь в лоно римско-католической церкви был введен и Мишель Кроз, один из величайших гидов в истории горных восхождений. На доме, где он родился и жил, сегодня висит мемориальная доска. Здание по-прежнему принадлежит его семье, каждый член которой так или иначе связан с альпинизмом. А вот похоронен Кроз совсем в другом месте – в швейцарском Церматте. Эту деревню он видел последней в жизни, когда в 1865 году вместе с Эдвардом Уимпером отправился покорять грозный Маттер­хорн, одну из самых неприступных альпийских вершин. Тогда, впервые в истории, коварная гора поддалась человеку, но потребовала жертву: уже при спуске в результате обрыва веревки погибли четыре человека, среди которых был и 35-летний Кроз.

То, что смерть и горы почти неразлучны, хорошо знает каждый, кто рожден у подножия Монблана. Но в Аржантьере, на следующей остановке нашего путешествия, где находится кладбище горных гидов, щемящее чувство хрупкости земного существования посетит, пожалуй, даже самого циничного туриста с Большой земли.

Аржантьер: последнее пристанище героев

Въехав в деревню и оставив машину на парковке, не спешите вглубь, к церкви, обратите внимания на отель Couronne, стоящий почти у дороги. В 1903 году среди его постояльцев оказались сестры Цветаевы: 11-летняя Марина и 9-летняя Анастасия. По разрешению матери Марии Александровны и в сопровож­дении надежных проводников они поднимались к леднику Мер-де-Глас. Те детские впечатления навсегда остались в их памяти. Через много лет Анастасия напишет: «Раскаленная синева. Ослепительный блеск снегов, такого множества его, что он не растает от летнего солнца! Мы, Маруся и я, две русские девочки в голубых платьях, в соломенных шляпках, с альпийскими палками в руках. Наш пансион, и гиды, и мул, везущий в корзинах через седло нашу одежду: когда пансионерки окажутся в облаках, где свежо и сыро, они наденут пальто, мы с Марусей – наши красные шерстяные полудлинные кофточки. Еще выше – те места, откуда текут ледники; еще выше – горы и еле проходимые тропинки путешественников. Выше – последние горные гостиницы. Еще выше – вершина Монблана».

Поэты-романтики стремились к Монблану для постижения Возвышенного, обретения Трансцендентного

Церковь Святого Петра в Аржантьере находится на Безымянной улице (Rue sans nom). И правильно, зачем как-то называть то, что никуда, по сути, не ведет? Улица упирается в кладбище – последнее земное пристанище покорителей горных вершин. Не пугайтесь, если однажды, воспользовавшись в Шамони услугами гидов, вы обретете проводников с теми же фамилиями, что видели на могильных плитах в Аржантьере, – здесь это семейная профессия, переходящая из поколения в поколение.

Услышать всех поименно можно раз в год, 14 августа, когда местные гиды собираются в полном составе: сначала возлагают цветы погибшим товарищам, а затем устраивают перекличку на ступеньках церкви – словно заклиная смерть. Праздник в Аржантьере – часть ежегодного Фестиваля гидов, который проводится 13–15 августа начиная с 1924 года. Он стартует в Лез-Уше, на следующий день перетекает в Аржантьер и заканчивается в Шамони всеобщей молитвой и освящением ледорубов и веревок. Деньги, собранные за три праздничных дня, передаются в Emergency Fund, созданный еще в 1821 году для помощи гидам и членам их семей. А как же иначе? Раз поднявшись в горы в связке, ты остаешься в ней навсегда.

Мы покидаем Аржантьер в философско-мечтательном настроении, и такой настрой – как раз то, что нужно для нашей следующей остановки – станции Монтенвер.

Монтенвер: приют поэтов-романтиков

От Аржантьера до Шамони не больше 15 минут на машине, но нам не нужен центр городка. Вновь оставив Peugeot на парковке, мы направляемся прямиком к вокзалу, с которого отходит фуникулер Montenvers.

Одноколейный красный трамвайчик, покачиваясь и кряхтя, с явным усилием карабкается в гору. Впечатлительным натурам, наверное, лучше не смотреть в окно – зубчатый рельс, по которому наш пыхтящий герой поднимается к небесам, производит впечатление каната, натянутого над бездной. Но приберегите страхи и восторги, через 20 минут вас ждет куда более завораживающая картина – бушующее и искрящееся «Море льда».

Железная дорога, ведущая к подножию Мер-де-Глас, самого большого ледника во Франции, была построена в 1908 году, но на протяжении всего XIX века десятки смелых и отчаянных штурмовали этот маршрут, чтобы увидеть одно из чудес света и приблизиться к величественному Монблану (гора Монтенвер – одна из ступенек на пути к его покорению). Именно для них в 1890 году и открылся Grand Hotel du Montenvers – мощный четырех­этажный бастион, надежное укрытие от снега и ветра. На последнем этаже здания расположен музей. Узкие выдвижные кровати, на которых под завывание ветра засыпали первые покорители Монблана, их нехитрый скарб, наивное оборудование, но самое интересное – гравюры и картины, развешанные по стенам. Рассматривая их, словно перечитываешь всю великую романтическую литературу XIX века.

В романе Мери Шелли Мер-де-Глас стал местом встречи Франкенштейна и созданного им чудовища

После 1790 года, когда английский поэт-романтик Уильям Вордсворт совершил свое знаменитое путешествие в Альпы, к подножию Монблана, Белая гора стала местом эстетического паломничества, необходимым этапом на пути постижения Возвышенного и Трансцендентного. Вслед за Вордсвортом сюда устремились Байрон и Перси Шелли с женой Мери, Шатобриан и Гюго, Жорж Санд и ее любовник Фредерик Шопен. Конечно, поэты-романтики двинулись в горы не ради их покорения, а с целью постижения самих себя. Для них это было сугубо духовное путешествие – путь к трансцендированию, на котором и происходят экзистенциальные встречи с Богом, другим человеком, собственным внутренним миром.
Может быть, последуем туда и мы? От величественного «Моря льда» в разные стороны отходят сразу несколько пешеходных маршрутов. Обязательно воспользуйтесь одним из них – вдруг отыщете наконец свою жизненную тропу.

Шамони: дитя прекрасной эпохи

Мы спускаемся вниз и направляемся к центру города. Конечно, по самому Шамони надо гулять пешком. Самое удивительное, что он вообще никак не похож на традиционный альпийский курорт. Если гигантским фломастером закрасить вершины, нависающие над долиной со всех сторон, то это место легко можно представить где-нибудь на берегах Лемана или Ла-Манша (тем более что бутик Chanel в Шамони совсем не уступает по площади и ассортименту магазину марки в том же Довиле). Все дело в том, что основное строительство началось в Шамони в середине XIX века и продолжалось до Первой мировой войны. Благодаря чему мы имеем здесь замечательные архитектурные образцы, рожденные в belle époque – последнюю безмятежную пору в европейской истории. Отели-дворцы, роскошные виллы в нормандском и британском духе, здания в стиле ар-нуво и ар-деко – архитектурное наследие Шамони замечательно демонстрирует нам, как с 1860-х поездки в горы превращаются в модное времяпрепровождение. Все началось сразу же после присоединения Савойи к Франции в 1860 году, когда сам император Наполеон III и императрица Евгения, обожавшая путешествия, приехали сюда, дабы совершить «восхождение» на Мер-де-Глас. Безусловно, венценосные особы поднялись на ледник не пешком, а верхом на мулах.

Одно из потрясающих шамонийских зданий стоит на площади Бальма – это кафе La Terrasse, возведенное в вызывающем стиле ар-нуво. Огромные витринные окна в обрамлении текучих линий, потрясающая игра света и максимальная наполненность воздухом. Такую открытость всем ветрам представить в горах невозможно, но гламурно-аристократический Шамони может позволить себе и такие эксперименты.

Любопытно, что La Terrasse служит своего рода «задником» памятнику Жаку Бальма и Орасу Бенедикту де Соссюру, первым покорителям Монблана. Обнявшись, они указывают на Белую гору, их крепкие фигурки стоят на массивном каменном пьедестале, который еще больше подчеркивает хрупкость фонового ар-нуво. Но в этом парадоксальном сочетании и есть суть Шамони, куда в одинаковой степени любят приезжать герои и повесы, мечтатели и авантюристы, короли и ученые.

Архитектура Шамони прекрасно демонстрирует, как с 1860-х поездки в горы становятся модной формой досуга

Мыс Горн: как покорить его в Альпах

Понятно, что парящее над рекой Арв полностью стеклянное кафе La Terrasse – отнюдь не единственное в городе. Заведений общественного питания в Шамони несколько десятков: дорогих и дешевых, культовых и незатейливых, именитых и модных. Последние особенно любит открывать Вим Робберс, голландец по происхождению, еще в 1960-х годах каким-то образом оказавшийся в Шамони, да так и осевший здесь.
Вместе с женой Лоранс Турнье, чемпионкой мира по парапланеризму, он владеет сразу несколькими любопытными ресторанными проектами: Caleche, специализирующимся на традиционной савойской кухне, Cabane с претензией на высокую гастрономию и Cap Horne («Мыс Горн») – модным демократичным заведением, распахнувшим свои двери только в декабре 2011 года.

Самое примечательное в Cap Horne – стены. Здание буквально собрано из старых деревянных домов, найденных по всей долине, разобранных на отдельные бревна или доски и вновь пущенных в дело. «Ни один современный материал не сравнится по энергетике со старой, видавшей виды древесиной», – уверен Вим. Но дерево играет главную роль лишь на верхних этажах здания, где расположены ресторанный зал и кухня, внизу же торжествует камень, и опять-таки совсем не простой. Свое заведение Вим возвел на фундаменте XVI века, разместив в старинных каменных галереях бар и танцпол. Во внутреннем убранстве ресторана доминирует так называемый альпийский минимализм – лаконично оформленное пространство дополнено традиционными савойскими аксессуарами, а также деталями на морскую тематику (все же, как-никак, название ресторана – «Мыс Горн»).

Не менее любопытный сюрприз ждет нас и на кухне. В Cap Horne два шеф-повара: швед и японец. Первый, Фредрик Орениус, предлагает гостям самые модные гастрономические сочетания (неслучайно его родная Швеция сегодня все громче заявляет о себе в мире высокой гастрономии), а второй, Осака Кедзо, готовит превосходные суши и другие японские специалитеты, естественно, используя в них и местную рыбу.

И такое смешение стилей, вкусов и комбинаций – также очень шамонийское явление. Неправильно видеть в этом городе лишь один из французских горных курортов, это самая настоящая альпийская столица, а для мегаполиса, где бы он ни находился, всегда характерно причудливое переплетение стилей и культур, судеб и характеров, людей и настроений. Главное, чтобы Белая гора, истинная правительница долины, позволила этому шумному людскому потоку продолжать бурлить и струиться.

***

Умный и тихий Peugeot

Добраться до Шамони можно тремя способами: на автобусе от Женевы, на поезде из Парижа и Лиона или на автомобиле из любой точки Европы. Мы остановились именно на последнем варианте, однако выбрали не совсем обычную машину – первый в мире дизельно-электрический Peugeot 3008 HYbrid 4.

Полный привод, вместительный багажник (377 л), панорамная крыша – как раз то, что надо для поездок в горы.

Но главное в этом Peugeot, когда ты отправляешься на нем в экологически чистые районы, – «умный» дизельный мотор, который на невысоких скоростях (что неизбежно в населенных пунктах и на горных серпантинах) «делегирует свои полномочия» электрической силовой установке. Таким образом, и без того весьма экологичный автомобиль становится почти безвредным и совсем бесшумным.

«Гибридная душа» этого Peugeot проявляется сразу же при повороте ключа зажигания – делая характерное движение, в ответ вы не слышите ничего, никакого привычного рыкания, неподвижной остается и стрелка тахометра. Однако всем своим видом машина демонстрирует, что к езде готова: приборы и электрорегулировки показывают рабочее состояние. Что ж, поверим и попробуем: ставим рычаг роботизированной механики в положение «A» и жмем на газ. Peugeot трогается с места плавно, с достоинством, что также обеспечивает электромотор. Разгон до «сотни» занимает всего 9,2 с. Полный привод этого автомобиля также достоин отдельного внимания: за переднюю ось здесь отвечает дизель, за заднюю – электродвигатель. Правда, в режиме Auto «умная» электроника сама определяет, когда и сколько момента направить на задние колеса.

***

В деревню, в глушь

В качестве нашего временного пристанища в долине Белой горы мы выбрали отнюдь не отель в центре города, а гостиничный комплекс Granges D’en Haut, расположенный в Лез-Уше, в шести километрах от Шамони. Построенный местным архитектором Бернаром Феррари, он создан по образу и подобию традиционной альпийской деревушки. Закрытая, обособленная территория, 14 шале, каскадом спускающихся к главному зданию, где находятся ресепшен, ресторан и Spa-комплекс, здесь есть даже очаровательная малюсенькая церквушка, а планируется еще завести стадо коров, призванное как создавать соответствующую идиллическую атмосферу, так и снабжать постояльцев отборными молочными продуктами.

Для современной отельной индустрии Granges D’En Haut – явление во многом закономерное. Например, по той же самой схеме на другом французском курорте был выстроен целый город – Арк-1950. И здесь и там главный концептуальный упор сделан на возрождаемую деревенскую идиллию, которая для современных горных курортов и выступает основным показателем шика и пятизвездочного статуса.

www.grangesdenhaut.com

Фото по теме

Оставить комментарий

8bb9485a45d8898e380719656c3534c9171173e8