18+

Хрупкое эмалевое чудо

Текст:

20.08.2010

Adelaneau1

Эмалевое покрытие на часах – вершина ручной работы – давно стало настоящей редкостью. Какое-то время назад казалось, что мастерство эмалевой росписи безвозвратно утрачено. Однако сегодня оно постепенно возрождается и все большее число компаний, специализирующихся на производстве часов класса люкс, уделяют ему самое пристальное внимание.

В наше время, когда даже часы, оснащенные всякого рода усложнениями, стали массовым продуктом, модели с эмалевым покрытием представляют огромный интерес для коллекци­онеров и всех истинных ценителей высокого часового искусства. Ведь как бы ни старался художник, он выполнит один и тот же мотив по-разному, поэтому циферблат, расписанный вручную, всегда уникален и существует, по сути, в единственном экземпляре.

Более того, такие часы рождаются в прямом смысле в творческих и технических муках. Овладеть искусством эмалировки невероятно трудно, поскольку художник должен смешать состав максимально точно. Только так эмаль равномерно, без разбрызгивания, пройдет обжиг в печи. Главная ошибка на этом этапе – перелить воды в смесь, что неизбежно приведет к закипанию состава. Однако излишне сухая смесь также таит в себе опасность: она не очень хорошо пристает к поверхности. Кроме того, эмаль следует обжечь несколько раз, лишь после этого проявятся вся глубина и богатство ее цветовой гаммы.

Анита Порше и ее последователи

Большинство сложных и эмалированных вручную циферблатов сегодня изготовляет один человек – швейцарская художница Анита Порше. Именно она создает роскошные эмалированные модели для Ulysse Nardin, Roger Dubuis, Vacheron Constantin, Jaquet Droz, Hublot, Milus и множества других марок. Многие из ее циферблатов производятся при помощи сложной техники перегородчатой эмали, причем разные цветовые поля – или формы фигур на изображении – разделяются мельчайшими золотыми нитями диаметром меньше волоса. Но возможно, уже через несколько лет у Аниты Порше появятся коллеги и даже конкуренты. Сегодня как минимум три часовые компании приняли решение возродить искусство эмалевой росписи, воспитав собственных художников-эмалировщиков.

Хороший эмалировщик должен быть не только художником, но и немного алхимиком, так как каждый цвет имеет свои свойства
Главная трудность при работе с эмалью заключается в том, что эмалевые порошки почти не имеют цвета и приобретают его только после 25 циклов обжига

На фабрике Jaeger-LeCoultre в Сентьере работает почти тысяча сотрудников, в то время как еще несколько лет назад там не было ни одного художника-эмалировщика. А ведь когда-то именно Jaeger-LeCoultre явила миру знаменитые эмалированные миниатюры, нанесенные на внутреннюю сторону часов Reverso. Самое удивительное, что главный эмалировщик компании Миклош Мерсель – художник-самоучка. Он создает свои миниатюрные произведения с помощью супертонкой кис­ти, состоящей всего из одного куньего волоса. В 2006-м Jaeger-LeCoultre отметила 75-летие Reverso выпуском серии моделей с эмалированным циферблатом, выполненным из 18-каратного золота и защищенным металлической крышечкой. Сейчас у Мерселя уже появилась достойная смена – оформлять юбилейные модели Reverso ему помогала его ученица София Квенан.

Продолжая традиции Фаберже

Именно искусство эмалевой росписи когда-то прославило Карла Фаберже. Великий ювелир изготавливал свои знаменитые пасхальные яйца, используя технику прозрачной эмали, им самим разработанную.

Сегодня его эксперименты продолжает немецкая ювелирная компания Victor Mayer, основанная в начале XX века немецким гравировщиком Виктором Майером, работавшим когда-то с самим Фаберже. Нынешний глава компании – внук ее основателя Герберт Мор-Майер считает возрождение эмалевой росписи главным делом жизни. Помимо граверов и художников-гильошировщиков, у него работают еще 12 эмалировщиков, создающих редкие часы в аутентичном стиле Фаберже.

«При работе с гильошированной эмалью достижение правильного эффекта для циферблата намного сложнее, чем для украшений, – рассказывает директор Victor Mayer Маркус Мор. – В часах больше поверхности, к тому же они более плоские, что также создает дополнительные трудности. Присутствие в циферблате накладных элементов еще больше усложняет процесс – в этом случае приходится сверлить в нем маленькие дырочки. А это отнимает очень много времени. А если сверло чуть-чуть соскальзывает, то повреждается циферблат, который уже обработали гравировальной иглой и несколько раз подвергли обжигу».

800 градусов по Цельсию

Открыв в 2004 году в своем женевском ателье специальный отдел по работе с эмалью, компания DeLaneau начала долгие эксперименты в этой области. «Мы решили, что будем создавать с эмалевым покрытием прежде всего женские модели. Я уверена, женщины в гораздо большей степени, чем мужчины, способны оценить столь редкое ремесло, – объясняет владелица DeLaneau Кристина Тевеназ. – Часы, сделанные вручную, с эксклюзивным и часто запатентованным дизайном, не могут, разумеется, производиться в больших количествах. Одно только создание миниатюрных эмалевых росписей с техникой высокого обжига (grand feu) может длиться целых два месяца. Это кропотливая ручная работа, при которой очень велик риск ошибки. Только ограниченное количество таких моделей покидает ежегодно двери нашего женевского ателье». Художница-эмалировщица Доминик Барон – это сдержанная и терпеливая женщина, медленно и кропотливо проникающая в самую суть своей профессии. Она уверенно приготавливает цветные порошки, составленные из кремния и разных оксидов металла, после чего они отправляются в печь, где обжигаются при температуре 800 градусов. DeLaneau использует эмалевые порошки из Индии, известные своей живостью, чистотой цвета и состава.

Тевеназ объясняет: «Хороший эмалировщик должен быть не только художником, но и немного алхимиком, так как каждый цвет имеет свои свойства. От него требуется предвидеть все последствия, оценить, что случится в печи, если что-то пойдет не так. Слишком много жара – и цветовой состав, приготовленный для обжига, окажется непригодным; слишком мало жара при оптимальном потоке – и прозрачности уже не видать». Некоторые цвета настолько сложны, что для них нужен особый цикл обжига, в то время как другие обрабатываются одновременно в определенных сочетаниях. Иногда для получения визуальной глубины требуется 15 слоев эмали, каждый из которых обожжен и отшлифован отдельно от остальных. А ведь в такой ситуации риск повреждений увеличивается в несколько раз.

«Только путем многолетнего опыта можно достичь совершенства в этой профессии, – продолжает свой рассказ Тевеназ. – Но даже и тогда порой возникают ошибки из-за каких-то глупостей, нелепых случайностей, не поддающихся контролю эмалировщика, как, например, незначительные различия в составе оксидов металлов. И каждая ошибка или неудача приводит к резкому удорожанию работ». Но только росписью процесс не ограничивается. Для техники, использу­емой в компании DeLaneau, требуется прозрачная облицовка, называемая fondant de finition. Она наносится в 10–15 слоев и придает миниатюре глянцевое сияние и удивительную глубину, а всей композиции – стекловидную законченность.

Фарфоровые эксперименты

В 1997-м немецкая компания Glashütte Original представила свой первый циферблат, изготовленный в сотрудничестве с Meissen Manufaktur, старейшей фарфоровой фабрикой Европы. Эта миниатюрная роспись, выполненная рукой терпеливых мастеров-ремесленников, наносится на фарфор, что по уровню сложности сравнимо с росписью по эмали. Мастера должны не только учитывать усушку материала до 16 процентов при обжиге циферблата, но быть готовыми к тому, что работу придется исправлять и совершенствовать, пока отдел по контролю качества Glashütte Original не посчитает ее абсолютно безупречной.

После прибытия на мануфактуру Glashütte ломкий фарфоровый циферблат приклеивают к латунной пластинке. В конце процедуры ему припаивают «лапки». Опасность повреждения циферблата на этом этапе крайне велика, поэтому такие модели создаются буквально в единичном экземпляре и считаются настоящим раритетом. Эксклюзивно расписанные фарфоровые циферблаты ценятся и другими производителями. Так, компания Sinn, известная прежде всего производством технически сложных моделей, в 2006 году выпустила новую коллекцию часов, оснащенных фарфоровыми циферблатами и изготовленных на мануфактуре Höchst, одном из старейших фарфоровых предприятий Германии. «Мы бы не стали называть эту коллекцию нашим новым серьезным увлечением. Это, скорее, просто первые опыты и скромные попытки, – объясняет владелец Sinn Лотар Шмидт ван Зин. – Но мы не можем не гордиться эти часами. По техническим параметрам они держат планку очень высоко. А как же иначе? Только представьте себе весь процесс изготовления и сборки фарфорового циферблата толщиной всего 0,3 мм».

Расписать наоборот

По-другому, но не менее сложно расписывается внутренняя сторона стекла. Это совсем иная техника миниатюры, по-французски называемая églomisé. Впервые ее использовала компания Angular Momentum еще в 2006 году для своих наручных часов. Суть всего процесса – нанесение росписи на внут­реннюю сторону сапфирового стекла в зеркальном порядке. Самое сложное в églomisé – конечно же, отображение рисунка в перевернутом виде, что требует не только значительного воображения, но и терпения и даже особых способностей. Причем зачастую в моделях Angular Momentum используется расширенная цветовая палитра, что еще более осложняет процесс.

«Роспись внутренней стороны стекла, или églomisé, – это мое старое хобби», – рассказывает Мартин Паули, основатель и владелец Angular Momentum. Он решил применить эту технику для стекла на карманных и наручных часах только тогда, когда наконец обнаружил подходящий для этого тип эмали. Конечно, искусство эмалевой росписи вряд ли когда-нибудь достигнет той высоты, на которой оно находилось еще сто лет назад. Но бум на механические часы, охвативший мир, опять заставил часовых производителей обратить на него внимание. А это значит, что новые шедевры в этой области все же будут иногда появляться и радовать всех ценителей haute horlogerie.


Удивительное терпение Аниты Порше

Можно подумать, что смотреть по восемь часов в день на одну и ту же поверхность площадью не более 15 квадратных сантиметров не так уж и трудно. Но на самом деле такое занятие требует невероятного напряжения и только немногие из нас обладают достаточным терпением и необходимыми способностями, чтобы сделать карьеру художника-эмалировщика.

Возможно, в этом и кроется причина, по которой Анита Порше так хорошо разбирается в своем деле. Еще подростком она поняла, что именно искусство создания миниатюр – главное призвание ее жизни. И искренне влюбилась в эту технику, когда писала первый миниатюрный ландшафт для гравировального ателье своего дяди. После окончания Кантональной школы искусств (Ecole Cantonale d’Art) в Лозанне Порше отправилась к Элизабет Жюллерат, одному из самых авторитетных специалистов по эмали в Женеве, которая в 1970 году вела свой последний курс.

Вероятно, самое сложное в работе с эмалью – необходимость распознавания у чернил различных цветовых оттенков. Ведь на первом этапе работы надо просто смешать эмалевые порошки, добавив в них нужное количество воды или эфирного масла. Но главная трудность заключается в том, что эти порошки почти не имеют цвета и приобретают его только после 25 циклов обжига. И мастер должен предвидеть ту цветовую гамму, которая будет в итоге рождена на свет, определить, какими станут оттенки после окончания всего процесса.

В эмалированной печи смесь, состоящая из мельчайших кристаллов, плавится и превращается в текучее стекло. И искусство эмалевой росписи состоит не только в самом рисовании, но и в тончайшем манипулировании материалами в раскаленной печи. За неделю Порше изготавливает лишь один эмалированный циферблат, но рисование миниатюрного пейзажа или какого-либо другого сложного рисунка может занять и целый месяц. Под звуки классической музыки художница создает в своем скромном ателье настоящие шедевры, используя при этом несколько различных технологий эмалировки, таких как перегородчатая эмаль (при которой цвета разделяются посредством крошечных золотых нитей), а также с помощью фольги, металлической основы прозрачной эмали (при которой в ней обжигаются золотые пятнышки).

Конечно, главная причина, по которой эмаль сейчас так дорого стоит и высоко ценится, заключается не столько в использованных материалах, сколько в том количестве времени, которое художник тратит на работу.

Порше рассказывает, что ее дети иногда помогают ей в ателье, но никто из них не горит особым желанием овладеть этим нелегким и кропотливым мастерством. И увы, несмотря на то что сегодня Анита Порше принадлежит к числу самых востребованных швейцарских художников-эмалировщиков, по-прежнему очень остро стоит вопрос, каким будет будущее этого редкого искусства.

Фото по теме

Оставить комментарий

410f56c1700fa05b133ccf6db85068115c15b32e



 
21.01.2019
Free_wheel_rose_gold_close-up_3
7 наших фаворитов Гран-при Женевы
В этом году шорт-лист Гран-при Женевы, главной часовой  премии (в том числе и по причине отсутствия какой-либо...
21.01.2019
Omega_daniel_craig
Подводная жизнь одних часов
В честь 25-летия создания своих знаменитых Seamaster Professional Diver 300M, когда-то задавших моду на дайверские модели,...
21.12.2018
Sautoir alhambra cristal de roche
Юбилей драгоценного клевера
50 лет назад Van Cleef & Arpels представил украшение, которое сейчас называют одной из гениальных находок ювелирного...